Многим преподавателям, для того чтобы "соответствовать" уровню и принципам школы, приходится заново садиться за парту. Например, все учителя Авторской школы Шехтера и лингвистической школы общения "Система-3" (где также преподают по методу И.Шехтера) должны пройти специальную подготовку, научиться работать именно с этой методикой.
Ангелина Таранчук, "Кто вы, господин учитель?", журнал "Обучение в России", №2(11) февраль 2003 г.
И по сей день самым эффективным большинство педагогов-лингвистов считают "коммуникатив", и критика традиционных методик – правило хорошего тона. "Традиция" работает так: в рамках одного урока студенты сначала "проходят" грамматику, потом лексику, затем выполняют упражнения на закрепление. "Человек, обучавшийся по традиционной системе и не имевший возможности "погрузиться" в языковую среду, строит фразы на основе русского языка, не преодолев барьер внутреннего перевода", – считает директор "Системы-3" Арнольд Рубинштейн. ...
На курсы Шехтера, по словам Арнольда Рубинштейна, не стоит идти людям "с бухгалтерским мышлением", которым необходимо с первых дней раскладывать по полочкам все элементы языка. ...
Борис Старцев, "Разговоры без правил", журнал "Итоги", 2000 г.
Лингвистическая школа общения "Система-3" Обучение ведется по коммуникативному методу с применением эмоционально-смыслового подхода, что способствует лучшему усвоению материала. Обучение проходит на базе современных лингафонных курсов, подбираемых индивидуально в каждом конкретном случае.
"Иностранный с глазу на глаз", журнал "Обучение за рубежом", 2000 г.
Похожий подход к обучению у Лингвистической школы общения "Система-3". Здесь работают по методу Игоря Шехтера и придерживаются постулата о том, что "язык порождается, а не строится". В интервалах между 100-часовыми интенсивными этапами в "Системе-3" проводят лексико-грамматические курсы по 64 часа каждый. Режим занятий здесь довольно жесткий – каждый день по 4 часа, кроме воскресенья. Зато домашних заданий тоже нет. После окончания первого этапа слушатель овладевает приблизительно 1,5-2 тысячами слов. То есть может объясняться на бытовые темы, читать прессу и несложную литературу.
Мария Арзуманова, "Шесть вопросов об иностранном языке", журнал "Иностранец", №36 от 19 сентября 2000 г.
В 1989 году на поле "интенсива" появился еще один игрок – Лингвистическая школа общения "Система-3". За основу взят метод Шехтера, но с существенной оговоркой: без категорического отказа от изучения грамматики. Она преподается – хотя и отдельным курсом, без совмещения с основными занятиями. "Уроки" проходят, как и у Китайгородской, в форме ролевых игр. Но и тут есть отличие. По словам директора "Системы-3" Арнольда Рубинштейна, моделируемые на занятиях ситуации должны быть яркими, но реалистичными: студентам никогда не предложат, например, вообразить себя в роли английской королевы. Широко используемые здесь аудио- и видеоматериалы – не учебные записи, а художественные или научно-популярные фильмы. Еще одна характерная особенность обучения в "Системе-3" – динамизм: разыгрываемые этюды заставляют студентов двигаться.
Татьяна Георгиева, "Из финансиста - в артисты", газета "Московские новости", №46 за 2002 г.
В "Системе-3" – своя гордость. Здесь язык преподают по эмоционально-смысловому методу Шехтера. То есть никакой "бюрократии" в духе классических учебников – вас не будут заставлять зубрить различия артиклей, тонкости употребления неправильных глаголов. Логика грамматики выясняется как бы исподволь, чуть ли не случайно. С одной стороны, это антинаучно и несерьезно – учить язык так, как учат родной язык дети: в процессе взросления. С другой – успех "Системы-3" опровергает мнение ревнителей академичности.
Вурст Клецка, "К барьеру! Языковому", газета "Россiя", №(1)325, 10 сентября 2001 г.
Арнольд Рубинштейн (директор лингвистической школы общения "Система-3") – До середины 90-х было более или менее ясно – Шехтер, Китайгородская, Лозанов – интенсив, остальное традиция. Хотя к этому моменту у нас стал известен коммуникативный метод, ошибочно принятый за интенсив из-за частоты занятий. Затем методы стали появляться как грибы, называться разными именами, получили гордое название "интенсив", поскольку, все, что шло чаще, чем дважды в неделю по два часа, уже получило такое право. В том числе и с помощью эффективной рекламной риторики. Самыми смешными проявлениями "интенсивизации" стало появление "оксфордского" и "кембриджского" методов, даже "методики Хэдвей". Предполагаю, что издатели из Oxford и Cambridge University Press до сих пор об этом не подозревают. Посему понятие интенсив потеряло всякий смысл и стало лишь формальным, арифметическим. В моем понимании, поскольку нет другого термина, интенсив – это метод Шехтера, суггестопедия и, частично, метод Китайгородской. Это другая идеология отношения к языку, его восприятию, использованию и, соответственно, другой подход к обучению. Хотя, честно говоря, я, как психиатр, понимаю это чуть иначе, чем филолог Шехтер. Все остальные методы, как бы ни назывались, – это традиция с той или иной степенью оживления, ускорения, а также упрощения подачи грамматики. Независимо от названия и степени ускорения, традиционный метод предполагает серьезное и последовательное изучение структуры языка, то есть ту или иную степень приближения учащегося к профессионалу. Но, при такой затее, любая степень упрощения изучения структуры языка, другими словами грамматики, в русском языке называется профанацией. Так что интенсивный курс отличается от стандартного именно идеей обучения. И если это действительно интенсивные курсы, то студент, в том или ином приближении, начинает пользоваться новым для него языком естественно. Настолько же хорошо или плохо им пользуясь, насколько родным. А если курсы традиционные, то результат зависит от квалификации преподавателя и способностей студента.
Ангелина Таранчук, "Интенсивно, еще интенсивнее", журнал "Обучение в России", январь 2004 г.
Итак, казалось бы, ясно: короткая продолжительность плюс большая нагрузка равняется интенсиву. Но следует помнить: речь идет лишь об интенсивных курсах, а не интенсивных методах обучения. Это вещи совсем разные. Интенсивность курсов определяется простой арифметикой, при том что методы могут использоваться самые разные: занимайся хоть по "Бонку", хоть по "Стримлайну". Коммуникатив просто наиболее удобен и наиболее приспособлен именно для таких программ. В понятие же "интенсивный метод" вкладывается другая идея, другой подход к обучению. Пионеры интенсивных методов в России появились тогда, когда слухи о западном коммуникативе лишь просачивались к нам из-за "железного занавеса". ... "В моем понимании, произошла подмена понятий, – говорит Арнольд Рубинштейн, директор лингвистической школы общения "Система-3", где занятия также ведутся по методу И.Шехтера. – До 90-х годов было более или менее ясно: Шехтер, Китайгородская, Лозанов – интенсив, остальное – традиция. Хотя к этому времени у нас стал известен коммуникативный метод, ошибочно принятый за интенсив из-за частоты занятий". ... "Методы стали появляться, как грибы, называться разными именами, получили гордое название "интенсив" потому, что все, что шло чаще, чем два раза в неделю по два часа, уже получило такое право. Самыми смешными проявлениями "интенсивизации" стало появление "оксфордского" и "кембриджского" методов, и даже "методики Headway". Предполагаю, что издатели из Oxford и Cambridge University Press до сих пор об этом не подозревают", – иронизирует Арнольд Рубинштейн.
Ангелина Таранчук, "Интенсив: число и идея", сайт "Обучение.Ру", июль 2003 г.
